| Источник

Ядерный реактор в живой клеткеТо, что рассказывает Владимир Высоцкий, доктор физико-математических наук, профессор, заведующий кафедрой КНУ им. Т. Г. Шевченко, не укладывается в привычные научные рамки. Его опыты зафиксировали, что биологические системы могут, условно говоря, устраивать внутри себя маленькие ядерные реакторы.

Внутри клеток происходит превращение одних элементов в другие. При помощи этого эффекта можно добиться, например, ускоренного избавления от радиоактивного цезия-137, до сих пор отравляющего чернобыльскую зону.

— Владимир Иванович, мы с вами знакомы много лет. Вы мне рассказывали о своих экспериментах с чернобыльской радиоактивной водой и биологическими культурами, которые эту воду дезактивируют. Откровенно говоря, такие вещи воспринимаются сегодня как пример паранауки, и я много лет не отказывался писать о них. Однако новые ваши результаты показывают, что в этом что-то есть…

— Мной завершен большой цикл работ, начатый еще в 1990 году. Эти исследования доказали, что в определенных биологических системах могут проходить достаточно эффективные преобразования изотопов. Подчеркну: не химические реакции, а ядерные, как бы это ни звучало фантастически. Причем речь идет не о химических элементах как таковых, а именно об их изотопах. В чем тут принципиальная разница? Химические элементы тяжело отождествить, они могут появляться, как примесь, их можно занести в образец случайно. А когда меняется соотношение изотопов — это более надежный маркер.

— Поясните, пожалуйста, свою мысль.

— Простейший вариант: берем кювету, высаживаем в ней биологическую культуру. Закрываем герметично. Есть в ядерной физике так называемый эффект Мёссбауэра, который позволяет очень точно определить резонанс в определенных ядрах элементов. Нас, в частности, интересовал изотоп железа Fe57. Это довольно редкий изотоп, его в земных породах примерно 2 %, он трудно отделяется от обычного железа Fe56, и потому он довольно дорогой. Так вот: в наших опытах мы брали марганец Mn55. Если к нему добавить протон, то при реакции ядерного синтеза можно получить обычное железо Fe56. Это уже колоссальное достижение. Но как доказать этот процесс с еще большей надежностью? А вот как: мы выращивали культуру на тяжелой воде, где вместо протона дейтон! В итоге мы получали Fe57, упомянутый эффект Мессбауэра это подтверждал однозначно. При отсутствии в начальном растворе железа, после деятельности биологической культуры оно в нем откуда-то появилось, причем такой изотоп, которого в земных породах очень мало! А тут — около 50 %. То есть нет иного выхода, как признать: здесь имела место ядерная реакция.

Высоцкий Владимир Иванович

Высоцкий Владимир Иванович

Далее мы начали составлять модели процесса, определяли более эффективные среды и компоненты. Нам удалось найти теоретическое объяснение этому феномену. В процессе роста биологической культуры этот рост идет неоднородно, в отдельных участках образуются потенциальные «ямы», в которых на короткое время снимается кулоновский барьер, препятствующий слиянию ядра атома и протона. Это тот же самый ядерный эффект, используемый Андреа Росси в своем аппарате Е-САТ. Только у Росси происходит слияние ядра атома никеля и водорода, а здесь — ядра марганца и дейтерия.

Каркас растущей биологической структуры формирует такие состояния, при которых возможны ядерные реакции. Это не мистический, не алхимический процесс, а вполне реальный, зафиксированный в наших экспериментах.

— Насколько заметен этот процесс? Для чего его можно использовать?

— Идея, возникшая с самого начала: давайте производить редкие изотопы! Тот же Fe57, стоимость 1 грамма в 90-х годах составляла 10 тыс. долларов, сейчас в два раза больше. Потом возникли рассуждения: если таким образом можно преобразовывать стабильные изотопы, то что будет, если мы попытаемся работать с радиоактивными изотопами? Поставили эксперимент. Взяли воду из первого контура реактора, в ней богатейший спектр радиоизотопов. Подготовили комплекс биокультур, устойчивых к радиации. И измеряли, как меняется радиоактивность в камере. Есть стандартная скорость распада. А мы определили, что в нашем «бульоне» активность падает раза в три быстрей. Это относится к короткоживущим изотопам, например, натрия. Изотоп из радиоактивного превращается в неактивный, стабильный.

Затем поставили такой же эксперимент на цезии-137 — наиболее опасном из тех, что «наградил» нас Чернобыль. Опыт очень простой: поставили камеру с раствором, где был цезий плюс наша биологическая культура, и меряли активность. В обычных условиях период полураспада цезия-137 составляет 30,17 лет. В нашей камере этот период полураспада зафиксирован на 250 день. Таким образом, скорость утилизации изотопа увеличилась в десятки раз!

Эти результаты были неоднократно опубликованы нашей группой в научных журналах, и буквально на днях должна выйти еще одна статья на эту тему в европейском физическом журнале — с новыми данными. А старые опубликованы в двух книгах — одна вышла в издательстве «Мир» в 2003 году, она давно стала библиографической редкостью, а вторая недавно издана в Индии на английском языке под названием «Трансмутация стабильных и дезактивация радиоактивных отходов в растущих биологических системах».

Если коротко, суть этих книг вот в чем: нами доказано, что цезий-137 можно ускоренно деактивировать в биологических средах. Специально подобранные культуры позволяют запустить ядерные трансмутации цезия-137 в барий-138. Это стабильный изотоп. И спектрометр этот барий прекрасно показал! За 100 дней эксперимента у нас активность упала на 25 %. Хотя по теории (30 лет полураспада) должна была измениться на доли процента.

Мы провели сотни экспериментов с 1992 года, на чистых культурах, на их ассоциациях, и выделили смеси, в которых данный эффект по трансмутации проявляется наиболее сильно.

Эти эксперименты, кстати, подтверждаются «полевыми» наблюдениями. Мои знакомые физики из Белоруссии, много лет детально изучающие Чернобыльскую зону, обнаружили, что в некоторых изолированных объектах (например, этакая глиняная чаша, где радиоактивность не может уходить в почву, а только идеально, по экспоненте, распадаться), так вот, в таких зонах порой они обнаруживают странное уменьшение содержания цезия-137. Активность спадает несравнимо быстрей, чем это должно быть «по науке». Для них это большая загадка. А мои опыты эту загадку проясняют.

В прошлом году я был на конференции в Италии, меня организаторы специально нашли, пригласили, оплатили все расходы, я сделал доклад о своих экспериментах. Со мной консультировались организации из Японии, после Фукусимы у них огромная проблема с зараженной водой, и метод биологической очистки от цезия-137 их крайне заинтересовал. Аппаратура здесь нужна самая примитивная, основное – биологическая культура, адаптированная под цезий-137.

— Вы дали японцам образец своей биокультуры?

— Ну, по закону образцы культур запрещается ввозить через таможню. Категорически. Я, конечно, с собой ничего не беру. Надо на серьезном уровне договариваться, как делать такого рода поставки. Да и производить биоматериал нужно на месте. Его потребуется много.

 

 

Анатолий Лемыш


Комментарии: 3 комментария

  • Всё давно известно.

    Почитайте книгу «Тайная жизнь растений»  http://www.e-reading.club/book.php?book=112150

  • Весьма правдоподобно… Такое вполне может быть… Механизм трансмутации изотопов просматривается…

    Не говорите только об ЭТОМ главному «токамакщику» — Велихову. Ему дурно станет — старый ведь человек. Ему сподручнее гнобть «Инерционный термоядерный синтез» по патенту № 2125303  и организовывать курсы по изучению иврита (?!) в Курчатнике — как это было на рубеже перестройки и «демократических» реформ…

  • почитайте что пишет Болотов, особенно про его таблицу изостеров.

    почти всё чему учат в школе-полная чушь.

Оставить комментарий

Представьтесь, пожалуйста