3 платиновых рубля. Монета 1828 года.

3 платиновых рубля. Монета 1828 года.

История мировой геополитики — это история войн, предательств и кровавых преступлений. И — обмана. Каждый раз, когда узнаёшь новые
факты, понимаешь — как же плохо мы знаем свою собственную историю. Вот, что вы, уважаемый читатель, знаете об истории русской платины?

«История платины начинается с 1737 г., когда испанский астроном Антонио де Уллоа привез из Южной Америки зерна неизвестного метал­ла, добытого из речных песков и похожего на серебро (серебро по испански — плата). Но крупных месторождений платины в мире не было.

В 1813 г. на одном из притоков уральской реки Исеть, где разрабатывались бедные золотоносные кварцевые жилы, малолетняя девчушка Катя Богданова нашла большой самородок платины и принесла его приказчику Полузадову. Жадный приказчик самородок присвоил, а Катю высек, чтобы молчала о на­ходке. Но правда восторжествовала — и владелец участка корнет Яковлев в свою очередь высек Полузадова, забрал себе самородок и решил, что он выва­лился случайно из золотоносных жил.

Когда в 1814 г. горный штейгер Лев Брусницын открыл на Урале богатей­шие золотые россыпи, быстро выяснилось, что в них вместе с золотом накапли­вается платина, и уральские горщики поначалу использовали ее вместо свин­цовой дроби. Через десяток лет были найдены богатые платиновые россыпи, где добыча составляла сотни килограммов в год. Но что с платиной делать? Кому она нужна в гаком количестве? И вот министр финансов Егор Канкрин пришел к гениальному решению: в 1827 г. он предложил для пополнения пус­той русской казны, разоренной войной с Наполеоном, начать чеканку монеты из платины, ведь этот редкий и дорогой благородный металл ничуть не хуже серебра и золота.

Россия в ту пору находилась на грани банкротства: серебра и золота ката­строфически не хватало, по стране ходили обесцененные бумажные ассигна­ции, за бумажный рубль давали от силы 25 коп. серебром. К тому же Наполеон наводнил Россию фальшивыми ассигнациями, которые он в глубокой тайне печатал перед началом войны 1812г. для подрыва русской экономики. Нико­лай I не сразу решился на такое нововведение и потребовал «заключения ком­петентных лиц по сему вопросу». Канкрин обратился к немецкому естествоис­пытателю Александру Гумбольдту. Он вступил с ним в переписку от лица рус­ского правительства, послал ему пробные платиновые монеты, пригласил npиехать на Урал, но главное, чего добивался Канкрин, — одобрения соотношения цены платины к серебру, как 5:1.

Хитрый Канкрин добился желаемого: мнение знаменитого ученого подействовало на Николая I и в 1828 г. в Санкт-Петербурге были отчеканены первые в мире платиновые монеты — трехрублевые червонцы. Первый червонец

весом 10,35 грамма, Канкрин послал Гумбольдту; после смерти Гумбольдта эта монета была куплена Александром II и в 1859 г. вернулась в Россию. Она и сейчас экспонируется в коллекции монет Эрмитажа.

С конца 1829 г. в России стали чеканить платиновые шести- и двенадцати- рублевики, их называли «белыми полуимпериалами» и империалами. Населе­ние поверило в платиновую монету, и добыча драгоценного металла на Урале достигала 2 тонн за сезон — раз в 20 больше, чем в Колумбии.

6 платиновых рублей. Монета 1830 года.

6 платиновых рублей. Монета 1830 года.

Конечно, успех этой денежной реформы был напрямую связан с тем, что платина обходилась казне гораздо дешевле золота. Россыпи были очень бога­тыми, уральским рабочим и заводским крепостным платили гроши… Себесто­имость платины была очень низкой. Но с владельцев рудников Демидовых и Шуваловых — казна все же собирала довольно высокую «горную подать» за переработку металла. С этого налога, который не хотели платить хозяева мес­торождений, начинаются истоки «платиновой трагедии» России.

Опекун малолетнего Демидова князь Волконский, сговорившись со скуп­щиками платины из английской фирмы «Джонсон, Маттей и К°», стал утверж­дать, что России не следует самой перерабатывать платиновую руду, а выгод­нее продавать сырую платину за границу. Одновременно в окружении царя стали активно распространять слухи, что за границей якобы делают фальши­вые платиновые монеты и ввозят их в Россию. К тому же, в 1844 г. Канкрин ушел в отставку.

Новый министр финансов Ф.Вронченко, получивший прозвище «Вранченко», быстро нашел общий язык и с англичанами, и с князем Волконским. Име­ются основания думать, что Вронченко был подкуплен. Он представил Нико­лаю I доклад, в котором утверждал, что «платиновая монета не соответствует общим основаниям нашей денежной системы и найдутся злонамеренные люди, которые начнут ее подделывать…». Мнение, по меньшей мере, странное: ни одна страна не пострадает, если в нее станут ввозить полноценные (но фор­мально фальшивые) золотые или серебряные монеты!

Тем не менее в 1845 г. Николай I подписал указ об обмене платиновых денег. Всего с 1828 по 1845 г. было отчеканено платиновой монеты на 4.252.843 рубля. В казну вернулись монеты на 3.264.292 рубля; миллион остался у насе­ления, которое очень неохотно расставалось с платиновыми деньгами. Ни од­ной фальшивой монеты обнаружено не было; это естественно, поскольку Рос­сия была полным монополистом в добыче и переработке этого благородного металла. В дальнейшем, когда цена платины значительно превысила цену зо­лота, платиновые русские монеты приобрели огромную ценность и стали укра­шением любой коллекции.

Доверчивый царь и коррумпированный чиновник — эта «связка» являлась источником извечных бед России. Указ Николая I привел к полному прекраще­нию добычи платины на Урале и утере технологии ее переработки. И вот тогда — по заранее намеченному плану — компания «Джонсон, Маттей и К°» выступи­ла в роли «спасителя русских предпринимателей от разорения», заключая с ними крайне выгодные для себя контракты. Выдающийся физик русский акаде­мик Б.С. Якоби резко выступил против «реформ» правительства. Он назвал реформаторов «червями и гадами, блаженствующими ныне в своем сыром оби­талище». Специальная комиссия поддержала предложение Якоби о восстанов­лении платиновой монеты, поскольку это «поощрило бы находящуюся в упад­ке платиновую промышленность и поддержало бы бумажный рубль». Но кор­рупция уже разъедала российское чиновничество.

В 1862 г. Александр II издал указ о возобновлении выпуска платиновой монеты достоинством в 3 и 6 рублей. Но это было совсем не выгодно англича­нам, и тайные силы продолжали свою подрывную работу. Указ был, но чинов­ники его не исполняли. Через два года коррумпированный министр приказал «приостановить» чеканку платиновых монет, хотя он прекрасно знал, что их вообще не чеканили. Практически все мировые запасы платины в виде монет, слитков и рудного концентрата «Вранченко» хранил в казне бесполезным гру­зом. Для кого?

Вскоре появилось и главное заинтересованное лицо: им, конечно же, оказа­лась английская фирма «Джонсон, Мачтей и К0». Она по дешевке скупила у царской казны все эти огромные сокровища — около 35 тонн платины! Величай­шая афера — кража всей платины России — прошла успешно!!! Крупный русский специалист по платине Н.К. Высоцкий писал в 1923 г.: «Парадоксален тот факт, что Англия, не добывая ни одного золотника платины, получила в этой отрасли коммерческую монополию, позволяющую устанавливать произволь­ные цены». (Совсем как ныне монополия бывших советских прибалтийских республик по экспорту цветных металлов, залежей которых там отродясь не бывало!) Действительно, фирма-монополист так взвинтила цену на платину, что после первой мировой войны она стоила в 3-4 раза дороже золота!

Для царской России итог был плачевный: фирма «Джонсон, Маттей и К0» стала истинным хозяином платины Урала. Она заключила с владельцами при­исков — Шуваловыми, Демидовыми, Переяславцевыми контракты, в кото­рых цена устанавливалась вперед на 5 лет, без учета конъюнктуры рынка. В итоге в 1870 г. за золотник платины (4,25 г) добытчик на Урале получал от фирмы 10 копеек, посредник в Москве 40 копеек, а фирма продавала его в Париже за 1 рубль 20 копеек… До 1917 года англичане безраздельно владели всей русской платиной.

В смутное послереволюционное время тьма хищников облепила платино­вые копи: проходимцы из Германии, Англии и других стран скупали у нищих старателей драгоценный металл. В 1922 г. фирма «Джонсон, Маттей и К0» пыталась сделать все возможное, чтобы получить концессию на уральские рос­сыпи. Однако в это время был создан греет «Уралплатииа», который тогда же запустил в работу 17 драг и организовал артели.

Англичане не успокоились: они настойчиво предлагали советскому прави­тельству продавать им, как и прежде, добытую сырую платину. Они высоко­мерно считали, что русские не сумеют наладить довольно сложную переработ­ку металла. Но уже в 1918 г. был подписан указ В.И. Ленина об организации Института платины и благородных металлов под руководством всемирно изве­стного ученого профессора А.А. Чугаева. Англичане, естественно, хотели пла­тить лишь за платину, а Чугаев разработал методику эффективного получения из уральской платины других драгоценных металлов платиновой группы — ири­дия, осмия, палладия и рутения (открытого в 1844 г. профессором Казанского университета К.К. Клаусом). Русская платина стала служить интересам совет­ского государства.

Вывод из рассказанной истории простой: Россия богата своими недрами, своими полезными ископаемыми. Охотников захватить эти богатства всегда было и будет бесчисленное множество. Иностранные фирмы всегда старались задушить русскую национальную промышленность: достаточно вспомнить, что царская Россия ввозила из-за рубежа все фосфорные, калийские и азотные удоб­рения, все редкие и легирующие металлы и даже … стекольный песок! Нацио­нализация природных богатств быстро вывела СССР на первое место в мире по запасам и размерам добычи практически всех видов полезных ископаемых. Развал СССР привел к уничтожению самой мощной в мире горнодобывающей и горноразведочной промышленности. Из страны вывезено сырья по меньшей мере на 500 миллиардов долларов!

Активно внедряемая нынешним правительством РФ политика продажи ли­цензий на владение месторождениями полезных ископаемых ведет к их захвату подставными лицами, связанными с зарубежными горнорудными компаниями типа алмазного монополиста — компании «Де Бирс» или просто мафиозными структурами. Министр природных ресурсов РФ В.П. Орлов продал около 20.000 лицензий на владение русскими недрами, за это получен миллиард долларов, но стоимость проданных богатств в сотни и тысячи раз выше. Сейчас речь идет не только о платине, а о газе, нефти, угле, уране, алмазах, золоте и других полезных ископаемых на сумму более 20 ТРИЛЛИОНОВ ДОЛЛАРОВ: тако­ва чудовищная стоимость богатств, разведанных советскими геологами! Имен­но поэтому политика коррумпированного министра «Вранченко» необходима зарубежным монополиям и так успешно продолжается ворами-«реформаторами» в наше время!

12 платиновых рублей. Монета 1830 года.

12 платиновых рублей. Монета 1830 года.

Источник:  Сборник Московского нумизматического общества № 7, 2000 г.
Автор:  Портнов А. М.

Клуб «Старая Монета»
 
P.S. Вышеприведенная статья датируется 2000 г., фамилию министра природных ресурсов РФ В.П. Орлова ныне уже никто не помнит. За то
время прогремело дело ЮКОСа, который Ходорковский вместе со всеми лицензиями собирался продать американцам. Совсем недавно состоялась
сделка Роснефти и Би-Пи, по обмену акциями. За всеми сделками стоит только один вопрос — кто будет иметь лицензии, а значит иметь право добывать богатства российских недр? Наши британские и американские  «частные эффективные руки» или государственные российские компании.
Вот, собственно говоря, в чем главный вопрос российской политики. И откуда такое неуемное желание либерального крыла правительства России во главе с премьером Медведевым, отдать все в «частные эффективные руки».
То есть — англосаксам.

Николай Стариков


Комментарии: (0)

Оставить комментарий

Представьтесь, пожалуйста