| Источник

«Голубое» лобби правит миром?Дрянная девчонка отправилась в международный центр, объединяющий «испорченных мальчиков» и «розовых» девочек для борьбы с натуралами.

Дело было летом в Загребе. В нашей квартире шел ремонт, и моя беспечная подруга дала нам ключи от странного жилища. «Это квартира двух моих подруг-лесбиянок, — объяснила она. — Они уехали на море, а ключи оставили мне — цветочки поливать. Поживете там тайком, никто и не узнает».

Так мы с мужем вселились в «нехорошую» однополую квартиру, где царила клиническая чистота. В прихожей — ряд огромных мужских ботинок. В ванной — полное отсутствие косметики. В шкафах — необъятные мужские рубашки и бесформенные брюки, окончательно зачеркивающие женский пол.

Всю неделю моего мужа мучил параноидальный страх, что в момент нашей контрабандной близости, когда мы лежим в чужой постели, лесбиянки ворвутся в квартиру. По ночам он вскакивал от каждого движения лифта и с криком «Они возвращаются!» бежал к двери. Я давилась смехом в подушки и спрашивала: «Ну что?! Что они могут нам сделать?!» «Они меня кастрируют, а тебя сделают сексуальной игрушкой!»

Днем от скуки я обследовала странное жилище с наглостью кошки. Меня волновала тайна чужого женского убожества, дозволяющего извращенную игру, но не подлинное обладание. На полках — порно-, лесбокассеты и бесчисленные папки с документами: «Политические партии, сочувствующие популяции LGBT» (лесбиянки-геи-бисексуалы-трансвеститы), «Политические партии — враги популяции LGBT», «Средства массовой информации — потенциальные объекты для работы». (Выражение «LGBT-популяция» звучало как что-то из области зоологии, как некий подвид человеческой особи.) Из документов, которые мне удалось прочитать — заявлений в масс-медиа, обширной переписки со всеми «голубыми» и «розовыми» организациями мира, — вырисовывалась картина захватывающей политической борьбы, мозговой центр которой находится в Лондоне и Сан-Франциско. Сеть ячеек, собственные газеты и журналы, акции и митинги протеста, богатейшие благотворительные фонды. В числе спонсоров гей-акций — могущественные банки и знаменитые гостиницы, автомобильные компании, крупнейшие телефонные компании, популярные водочные брэнды и многие, многие другие. Вот это размах! Сексуальная ориентация всегда казалась мне личным делом каждого, и как же я ошибалась! Оказалось, что секс — это серьезно, это большая политика. Случайное столкновение с миром однополой любви открыло мне, что секс стал оружием борьбы не только за наши тела, но и за наши души, избирательные голоса и в конечном итоге за власть.

Карл Маркс возвращается!

Хмурый серый Лондон в ноябре. Промозглый влажный холод, от которого ежится стайка гей-активистов на площади Сейнт-Джеймс с плакатами «Остановите гомофобию!». Я присоединяюсь к пикету у входа в Chatham House, где обычно читают лекции важные государственные деятели, и спрашиваю у немолодой лесбиянки по имени Черри: «Кто провинился на этот раз?» «Польский премьер-министр, — объясняет она. — Мы ждем, когда он появится здесь с визитом, и выразим ему свой протест и международную солидарность с нашими польскими братьями и сестрами». Черри машет плакатом «Польский режим преследует геев!» и кричит: «Геи и лесбиянки всех стран! Объединяйтесь!»

Что же натворил бедняга польский премьер-министр? Он осмелился заявить, что «гомосексуальность ненатуральна», а «семья, напротив, естественна, и государство должно стоять на страже интересов семьи». И он не хочет видеть в своей стране публичных шествий, пропагандирующих нетрадиционные ориентации. «Мы немедленно потребуем изгнания Польши из Евросоюза, — заявляет пылкая Черри. — Это нарушение прав человека. И поверьте, нас услышат». (Черри знает, о чем говорит: гей-лобби в Европарламенте — одно из самых влиятельных. Еще в 1998 году Европарламент принял решение о недопустимости принятия в Евросоюз стран, где ущемляются права секс-меньшинств, а также официально расширил понятие «семьи»: теперь по законам это может быть гей- или лесбо-семья. А недавно Европарламент отверг кандидатуру министра Италии по делам Евросоюза Рокко Бутильоне на пост комиссара юстиции из-за его заявления, что гомосексуализм с точки зрения церкви — грех. (Евросоюз предоставляет немалые финансовые дотации различным общественным движениям секс-меньшинств.)

Узнав, что я из России, меня окружают несколько активистов. «Мы слышали, что вас можно поздравить, — говорят они. — Следующей весной в Москве должен пройти первый «Парад гордости» геев и лесбиянок. А как вообще к секс-меньшинствам относятся в России?» «Не слишком хорошо, — объясняю я. — Мы сейчас озабочены падением рождаемости. Русский народ медленно исчезает». «Рождаемость? — удивляется Черри. — Но в мире и так полно народу». «Дети — это слишком дорого», — ворчливо замечает модно одетый мужчина (?) лет тридцати. При слове «дети» у присутствующих на лицах появляется одинаково брезгливое выражение.

Вежливый полицейский просит всех нас встать за ограждение. «У нас чудесная полиция, — восторгается Черри. — Среди полицейских много геев, которые всегда участвуют в наших парадах. Мы ведем среди полиции разъяснительную работу, и они теперь просто душки».

На вопрос, каким ей видится идеальный мир, Черри задумывается: «Ну не знаю! Идеальный мир, когда мужчина может подойти на улице к другому мужчине и пригласить его на ужин без риска получить за это в морду. Или когда я могу предложить стаканчик в баре незнакомой женщине и встретить в ответ понимание».

Черри хихикает и продолжает агитацию: «Права геев и лесбиянок занимают центральное место в борьбе за права человека. Ведь что такое сексуальная ориентация? Это то, кто ты есть, твое «я». Вам что-нибудь говорит имя Карл Маркс?» (Я уже не знаю, смеяться мне или плакать. Каждому новому движению достаются в наследство идеи предыдущих движений. Стоило рухнуть Советскому Союзу, как Запад немедленно подхватил знамя коммунистической идеологии. Карл Маркс сейчас в Лондоне или Париже — это стильно, модно, это cool.) «Карл Маркс — это мой дедушка!» — заявляю я (что в известном смысле правда. Он, на пару с Лениным, всеобщий российский дедушка.) «В самом деле? — на секунду удивилась Черри. — Как это мило!» «Но я не помню, чтобы Маркс что-то говорил о гомосексуалистах?» — «Не надо смотреть на это так узко, дорогуша. Маркс проповедовал всеобщее равенство, а значит, и равные права для людей всех секс-ориентаций. Вы, русские, все извратили».

Мы уже готовы сцепиться на тему, кто же все извратил, как раздается громкое улюлюканье — польский премьер-министр улизнул от геев через боковой вход.

Где они находят друг друга?

В Интернете и в барах, разумеется. Знаменитый лондонский район Сохо — малинник для геев. Здесь даже проводят экскурсии по клубам для представителей секс-меньшинств. В гей-бар «Адмирал Дункан» меня привел коллега из Daily Telegraph Маркус Уоррен. Этот бар шесть лет назад подорвали гомофобы (гей-ненавистники) — при взрыве три человека погибли, 80 получили ранения. Сейчас вновь отстроенный «Адмирал Дункан» еще более популярен, чем раньше.

Маркус смущен (он первый раз в таком месте). «Какое жалкое зрелище! — подавленно шепчет он. — И бармены нам явно не рады». Зрелище и впрямь отталкивающее — всюду мужские парочки, бросающие друг на друга нежные до омерзения взоры. В углу здоровенный дяденька «голубит» стройного романтичного юношу. Все здесь выглядит порочным, даже пиво. Кажется, посетители прячут лошадиные копыта в специальной ортопедической обуви, а на головах у них, под волосами, пробиваются маленькие рожки.

«И все же я спокойно к ним отношусь, — замечает Маркус. — В этом есть известная выгода для натуралов. Когда я жил в Нью-Йорке, где по статистике на 8 женщин приходится всего 5 натуральных мужчин, я вовсю пользовался ситуацией. Приятно, когда среди дам такая бешеная конкуренция».

В бар входит высокий элегантный мужчина в очках. «Смотри, какой красавчик! — возбужденно шепчет Маркус. — И совсем не похож на гея». В эту минуту красавчика уводит усатая «подружка». «А ты никогда не пробовал …?» — спрашиваю я. «Нет, но, может быть, мне просто не встретился хороший мужчина», — мечтательно говорит Маркус, который еще несколько лет назад дал мне серьезные основания считать себя натуралом. Я хватаюсь за барную стойку, чтобы не свалиться со стула, и возмущенно кричу: «И ты, Брут!»

Рядом с нами садится парочка — яркий, стройный гомосексуалист и рыжая, толстенькая девчонка-хохотушка с прелестным личиком. «Вот тебе типичная fag hag (hag — буквально «ведьма, карга»), — поясняет Маркус. — Так называют девушек, которые выбирают себе в друзья геев. Они появляются вместе на людях, болтают, секретничают. Для девушки друг-гей — это «модный аксессуар», так же, как и она для него. Девушки fag hag — обычно веселые, шумные, занятные, похожие на тебя».

И я немедленно вспомнила свою подругу Татьяну, уже десять лет живущую в Лондоне, — типичную fag hag. Копна красных волос, роскошное тело, эмоциональные жесты. Пьет водку стаканами, курит одну сигарету за другой и любит рассказывать о своей дружбе с миром «параллельного секса». «Когда я приехала в Лондон в 92-м году из разорванной России, через всю Восточную Европу в огне балканских войн, я была в шоке, попав на первую лондонскую вечеринку, — вспоминает Татьяна. — Взрослые, милые люди совершенно серьезно обсуждали вопрос, надо ли курице жить в загоне или политически корректным будет позволить ей бегать на лужайке (кстати, и яйца от этого вкуснее). Я поняла, что попала в Зазеркалье, перевернутый мир. Я хотела стать такой, как они, — обеспеченной, политкорректной, покупать втридорога good life fish (рыбу, прожившую хорошую жизнь), носить бесполую одежду, бороться за права человека. Я завела себе друга-гея (мы с ним вместе даже снимали квартиру). Он приходил и уходил незаметно, как кошка, показывался со мной на людях, но через полгода у меня сдали нервы. Это был беспрерывный вызов моему женскому эго. Ведь я хороша собой, какого черта он на меня не реагирует?! Я его выгнала (тем более что он не мыл полы). Потом я вступила в одну сумасшедшую организацию по защите прав лесбиянок, даже из солидарности участвовала в их парадах, но они меня разочаровали. Не верь их заявлениям: «Мы за равные права для всех». Они высмеивали мою любовь к мужчинам, говорили, что это старомодно, консервативно, только отсталые идиотки могут любить таких грубых животных, как мужчины. Я не знаю, как англичане размножаются. Нет, знаю, за них размножаются эмигранты. Я жила три года с англичанином, очень хотела ребенка от него, но мне пришлось сделать аборт, потому что его мамаша называла меня «восточноевропейская-сучка-охмурившая-моего-мальчика». Здесь мужчины стесняются быть мужчинами, а женщины — женщинами. Посмотри, как они одеваются: женщины нарочито грубо (тяжелые ботинки или сапоги, мешковатые брюки), мужчины — чересчур женственно (обтягивающие брюки, вызывающие рубашки). Или как пел Робби Уильямс в знаменитой песенке: «В Лондоне все лучшие женщины уже замужем, а все красивые мужчины — геи».

Поддерживал ли Господь Бог «голубых»?

Как относился Христос к геям? Это серьезный вопрос для англиканской церкви, в которой немало священников открыто сожительствуют с любовниками и даже благословляют однополые браки. А новый архиепископ Кентерберийский не скрывает своей симпатии к гей-лобби. Преподобный Дэйвид Филипс из «Христианского общества» — один из немногих служителей церкви традиционной ориентации. У него прекрасная семья и двое детей.

— Вы слышали историю о пожилом священнике Гарри Хэммонде? — спрашивает преподобный Дэйвид. — Два года назад он осмелился выйти на улицу с плакатом «Остановите гомосексуализм!» и с надписью «Иисус — наш Господь Бог». Разъяренная толпа гомосексуалистов с криками окружила его. Его толкнули, и он упал на землю. Подоспевшая полиция арестовала несчастного старика, поскольку его плакат сочли оскорблением для граждан. Он был приговорен судом к штрафу. От потрясения Хэммонд скончался. Была подана апелляция в вышестоящий суд, который ее отклонил на основании того, что одно предположение, что гомосексуализм аморален, оскорбляет граждан нетрадиционной ориентации.

— Но суд не может изменить двухтысячелетние основы христианства? В Библии четко сказано, что гомосексуализм — это грех.

— Быть христианином в политкорректной стране — нелегкое дело, — вздыхает мистер Филипс. — Нас еще не контролируют, когда мы читаем проповеди, но мы сейчас дважды подумаем, прежде чем задеть кого-то. Да и как мы можем смотреть в глаза прихожанам, когда, к примеру, известный священник Джефри Джон живет с викарием-геем. Да что Великобритания! Один епископ в Канаде проводит торжественные однополые бракосочетания. В США Американская Епископальная церковь посвятила в священники человека, который бросил свою жену из-за любовника-гея. Мы живем во времена абсурда, когда уважение к христианским доблестям утрачено, и церковь переживает серьезный кризис.

— В Великобритании гомосексуалисты имеют все: уважение, респектабельность, политическое лобби. 5 декабря вступает в силу закон о гражданских однополых браках. Чего же они хотят еще?

— Они хотят сломать существующую иерархию ценностей, заставить весь мир признать их ненормальность НОРМОЙ. Их агрессия проистекает из подсознательного чувства вины.

— Как прокаженные в Средние века, — замечаю я. — Говорят, прежде чем человек отправится к дьяволу, он успеет спровадить в ад немало душ.

— Верно. Они сумели сделать гомосексуализм МОДОЙ. И это самое страшное. Посмотрите современные фильмы, где у главной героини обязательно есть дружок-гей — симпатичный, остроумный, веселый, преуспевающий. Один мой приятель, женатый человек с ребенком, несколько лет назад был геем. Вот как он это объяснял: «Мне хотелось отличаться от других. Ведь геи — такие стильные, модные, необычные».

Сейчас появились организации бывших геев, которые из любви к Христу пытаются отказаться от своей ориентации. Вам стоит встретиться с кем-нибудь из них.

Пингвины все же одумались

Чарльз К., тридцатилетний холостяк (отказался от секса с мужчинами по религиозным соображениям, но так и не пришел к сексу с женщинами), так рассказывает о своем «совращении»: «Ты знаешь, что такое пубертатный период у подростков? Для парней — это ад. В пятнадцать лет ты весь покрыт прыщами, застенчив и туп до ужаса, а между ног у тебя болтается чертова штука, которую ты не знаешь, куда засунуть. Девчонкам ты напрочь неинтересен, до взрослых женщин еще не дорос. Что делать? Один одноклассник, который давно ЭТИМ занимался, познакомил меня с первым моим мужчиной по имени Колин. Он был умный, толстый, богатый пятидесятилетний бизнесмен, очень тонкий и всепонимающий. Пригласил меня домой, поставил классическую музыку, мы пили и разговаривали, и я был ужасно горд, что взрослый мужчина держит себя со мной на равных. Потом это случилось. Я сразу шагнул в другой мир. Во-первых, я почувствовал себя взрослым, во-вторых, у меня появились карманные деньги, и, самое главное, мне облегчили муки полового созревания. Во всем этом многое было неприятно и даже отвратительно, но были и неожиданные ощущения (Колин иногда творил чудеса). После Колина появился новый друг, потом еще один, так я вошел в этот круг. Многие проблемы стали решаться сами собой, например, работа. Но мне тридцать лет, я ни разу не был с женщиной и даже не знаю, на самом ли деле я гей или так сложились обстоятельства. Однажды в Сан-Франциско на Параде Гордости геев я видел старых американцев, они шли в обнимку с молоденькими китайскими и корейскими мальчиками и плакатами «Требуем зеленую карту (разрешение на проживание и работу) для наших возлюбленных». Это та же проституция. Вообще в Америке геям живется даже вольготнее, чем в Великобритании. Вы слышали эту историю о нью-йоркских пингвинах?»

Я киваю. В 1998 году два пингвина-самца, Рой и Сило, из Нью-Йоркского зоопарка начали совместную жизнь и даже пытались вместе высидеть яйцо, подкинутое работниками зоопарка. Что тут началось! Они стали иконами международного движения геев. О Рое и Сило сняли несколько фильмов, у них даже брали «интервью», дарили им подарки на Валентинов день. Кончилось все это комически (а для геев трагически): Сило нашел себе подружку и стал натуралом.

Новые масоны, или Конец белой расы

«Ничего удивительного, что геи так богаты, — говорит председатель организации «Христианский голос» Стивен Грин. — Они не тратят деньги на детей, им не приходится содержать женщин в период беременности или ухода за ребенком. В геевской «семье» обычно оба члена работают».

Организации Стивена Грина не раз приходилось сталкиваться с гей-лобби. Этим летом «Христианский голос» выступил с протестом против засилья геев в полиции, считая, что они не могут объективно расследовать преступления против морали. Ответный удар последовал незамедлительно. Банк, в котором организация держала счет, заявил, что отказывает «Христианскому голосу» в обслуживании.

«Все это напоминает мне мировую «Коза ностру», — замечает Стивен Грин. — Горстка влиятельных людей сосредоточивает в своих руках деньги и власть».

«Почему от нас так много шума? — говорит один из самых известных геев Великобритании журналист Пэрис Мэтью. — Посмотрите на евреев. Их тоже немного, но весь мир только о них говорит».

— Вы сравниваете геев с евреями, господин Пэрис, — говорю я. — Но евреи — это нация. Вы тоже хотите стать нацией, разбросанной по свету?

Мой собеседник лишь загадочно хихикает. Пэрис Мэтью — властитель дум, ведет еженедельную колонку в самой уважаемой английской газете «Таймс». Я шла на встречу, готовая к сражению. В недавней статье о геях Пэрис гордо написал: «We are winning. Because we are» («Мы выигрываем. Потому что выигрываем»). Мне хотелось напомнить ему, что мы, женщины, еще существуем и главная битва еще не окончена. Но, увидев маленького, благовоспитанного человечка, потеряла весь запал.

— Вы упрекаете геев в том, что мы слишком агрессивны, но посмотрите, какой прогресс! — восклицает Пэрис. — Десять лет назад быть геем в Великобритании было так же скандально и опасно, как сейчас быть антигеем. Мы сделали гомофобов НЕМОДНЫМИ.

— А гомосексуализм модным. Вы подталкиваете тинейджеров к выводу, что традиционный секс скучен и консервативен, а значит, вербуете новых сторонников.

— Не согласен. Можно попробовать однополый секс из желания быть модным, но это либо нравится, либо нет, и человек приходит к собственному выбору.

— О чем вы?! Мода для юных — это все. Люди идут в скинхеды, становятся коммунистами или панками только потому, что находят в этом фишку, делающую их не похожими на всех.

Какое-то время мы ведем бесплодный спор, и я внезапно спрашиваю Пэриса:

— Почему вы со мной неискренни?

Пэрис отводит глаза:

— Это правда, я неискренен. В каждом деле должен быть «добрый следователь» и «злой». Внутри нашего движения я «добрый следователь», и все те аргументы, которые вы приводите мне сейчас, я сам не раз выдвигал против своих. Вам нужно поговорить со «злым следователем» — Питером Тэтчелом.

Пятидесятитрехлетний Питер Тэтчел — легенда гей-движения. Еще в 1971-м он вступил во «Фронт либерализации геев» и вышел на Парад Гордости с плакатом «Гей, гордый и сердитый». Он — организатор бесчисленных акций протеста и митингов, сотрудник всех крупных гей-изданий, а также один из создателей фонда прав человека, куда за помощью обращаются представители секс-меньшинств из разных стран. (Любопытная вещь: достаточно быть геем или лесбиянкой, чтобы претендовать на политическое убежище в Великобритании.)

— Человек по своей природе бисексуален, — заявляет Питер Тэтчел. — Он не рождается геем или straight («прямой», традиционный). Человеческая сексуальность гораздо богаче и разнообразнее. Например, певец Том Робинсон был счастливым геем, сейчас он так же счастлив с женщиной. Или в одном африканском племени мальчики проходят специальный обряд посвящения в мужчины, который включает в себя секс со взрослым воином. После этого мальчики женятся, заводят детей. Гены предрасполагают к определенной сексуальной ориентации, но не определяют ее. Здесь много факторов: культурные традиции, общественное давление, первые сексуальные впечатления, воспитание.

— Но ваша гей-пропаганда как раз и создает эти факторы. Вы провоцируете гомосексуальные наклонности в подростках.

— Мы помогаем людям выявить те наклонности, которые раньше подавлялись. Вот тебе пример. Несколько дней назад мой сосед ворвался ко мне в час ночи и заявил: «Питер, мне кажется, я гей». Я его спрашиваю: «У тебя есть подружка?» Он говорит: «Есть, и у меня с ней хорошо». Но тут он буквально прыгнул на меня, и у нас случился сумасшедший секс. Как видишь, сосед оказался бисексуалом.

— Это твоя вина. Ты маячил перед ним постоянным искушением.

— Я лишь помог ему показать свое «я». Сексуальная ориентация — это право человека выражать себя.

— Что насчет прав женщин? Вы отбираете лучших и самых красивых мужчин у нас.

— Какая ты жадная! Нас всего десять процентов. Тебе мало остальных 90 процентов мужчин?

— Но десять лет назад вас было только три-четыре процента, а через десять лет вас будет двадцать процентов. Как только в школах деткам начнут рассказывать, что все сексуальные ориентации равны, западная раса перестанет размножаться. А зачем? Я читала письмо мэра Лондона Кена Ливингстона в гей-журнал «Гордость», где он обещает начать серьезную кампанию в лондонских школах против гомофобии.

— Почему я должен беспокоиться о размножении белой расы? Мусульмане и черные делают достаточно детей, а мне нравится мир всех цветов.

— Но погибнет не только ваша раса, но и ваша культура, западная цивилизация.

— Значит, возникнет новая культура. Это можно только приветствовать.

На прощание я пообещала Питеру Тэтчелу, что создам новое международное движение в защиту прав pussy (вагины).

Эпилог

Дождливым лондонским вечером я сидела в баре для лесбиянок Candy-bar и наблюдала, как немолодые офисные тетки в деловых костюмах после работы целовались взасос. Бедные искалеченные кошечки! Кому нужна в этом мире выродившихся мужчин pussy? «Кликнете» в Интернете на слово gay — 125 миллионов ссылок, а на pussy — всего 15 миллионов. Геи побеждают с огромным отрывом. Где же истина и естество? Где же страсть, естественная, как сама жизнь, в пламени которой рождаются будущие поколения? Где законы, выросшие из здорового опыта поколений?

Западная Европа вступает в сумерки своего существования. Его осенняя красота несет на себе печать вырождения. Диктатура гей-политкорректности отрицает прежде всего Творение, всемогущее, безграничное Творение, которое есть жизнь, свет, земля, мысль, растение, животное, человек. Размножение — вселенский закон, почетный, священный, божественный акт. Если Размножение теряет статус человеческого Закона, цивилизация гибнет. (Достаточно вспомнить крушение римской и греческой цивилизаций.) Как только мужчины утрачивают интерес к женщине, общество теряет почву под ногами и распадается на куски. Закат pussy знаменует собой закат империи. На смену изнеженным, высококультурным геям приходят варвары, мачо-насильники, сметающие все на своем пути и чующие женщину, как людоед чует свежее мясо.

Так что же такое гомосексуализм? «Это обычная лень, дорогая, — уверяла миссис Джонс в знаменитой книге Хелен Филдинг «Дневник Бриджит Джонс». — Они просто не хотят утруждаться, чтобы заводить отношения с противоположным полом. Ты же знаешь, как люди заражаются этими глупыми идеями. Их всегда можно отговорить». Ах, если бы!

 

Дарья АСЛАМОВА


Комментарии: 2 комментария

  • Вот уже открыто в немецком обществе высокий правительственный чиновник заявляет о том, что придерживается нетрадиционной ориентации. Мы наблюдаем, как быстро происходит этот процесс смены традиционализма на нетрадиционализм. Смена сексуальной ориентации всегда сопровождается отказом человека от традиционных родовых обычаев и устоев, отдаление от родительской семьи и родовых связей в целом.
    Этот индивид никогда уже не будет защищать традиционные ценности родового строя, потому что нетрадиционализм и природный традиционализм находятся в конфронтации, и перемирие или мирное существование на общих территориях для них невозможно. Это всё равно, что лису держать в курятнике.
    То есть перед нами резко и открыто происходит процесс размежевания земного сообщества на два лагеря( ранее этот процесс протекал скрыто и в малых масштабах). Процесс этот совершенно очевидно поддерживают и лоббируют финансовые структуры и транснациональные корпорации. Почему? Да потому что они реально понимают, что их генный аппарат и структуры ДНК не способны трансформироваться на совершенствование духовности и на росте моральных и нравственных ценностей, так как они имеют ограниченный потенциал, напрaвленный только на эксплуатацию чужих энергетических потенциалов(паразитирование), т. е. на продолжаюшееся рабовладение, в том числе биороботов и андроидов. Поэтому они спешно переходят на воплощение своих планов по переходу в постиндустриальное oбщество к шестому технологическому укладу. Работа идёт не по дням а по часам. Законы давно написаны. Руководящие центральные и региональные структуры на местах технологической системы сформированы. Тотальный контроль над человеком в действии. Поэтому каждый индивид сейчас активно подключается к глобальной электронной сети (интернету или мобильной связи) для постоянного контроля и возможности воздействия электронного провайдера на сознания каждого человека. В результате происходит трансформация человека и зависимость его от электроники, и невозможности его решать свои задачи без электронных средств связи. Изменение сознания человека с помощью информ. технологий, чипизации, внедрение электронных карт идентификации, паспортов, безполовых биороботов, андроидов, — это реальная мировая технологическая революция в действии. Поэтому наши традиционные ценности: родовые и ведические устои, традиции, обычаи в данный период времени, как никогда, должны широко пропагандироваться на нашей территории, формировать обучающие программы для наших детей, потому что только мы, русские, можем противостоять этой страшной технологической машине, убивающей человека, как вид.

  • М. Руднев знал что делать с этим Легионом.
    — «гомосекс тесно связан с насилием и жестокостью, с комплексом власти. Потому как дьявол не может любить и не любит тех кто любит».
    От невозможности по настоящему любить они злятся и бесятся.
    Пустили на самотек, повелись на сладкие успокоительные речи про «свабоду» выбора и прочую… не верили древним и не очень мудрецам, книгам.
    Опыт предков — великое дело. Отказавшись от предков, забыв заповеди древних, обречены повторять их ошибки.

Оставить комментарий

Представьтесь, пожалуйста