| Источник

Любят православные публицисты помянуть Куликово поле. И если в этот момент обличает такой публицист злодеев-«неоязычников», то не преминет заметить — мол, вот она, Русь-то матушка православная, на бой святым Сергием Радонежским благословенная, с иноком Пересветом впереди. А где, мол, ваши язычники были, полканы да кукеры (кукеры православных публицистов особенно волнуют; не иначе как своими во всех смыслах выдающимися мужскими качествами, не зря ведь Кураев жалуется, что у православия — женское лицо)?!

 

 Быль про «инока» Пересвета. Или как церковь к русскому подвигу примазалась

Действительно, ежели про Куликово поле судить по школьным учебникам, да по, скажем, мультфильму «Лебеди Непрядвы» (мультфильм, не спорю, и впрямь хорош) — тогда да, все так и было — и Сергий князя благословлял, и Пересвет в одной рясе да скуфейке на бой с закованным в железо ордынцем скакал.

Только стоит обратиться к источникам. И красивая — хоть сейчас миниатюру под Палех лакируй! — картинка рассыплется. Слишком уж много загадок вокруг Пересвета. Летописи про него вообще молчат. Молчит про него и про его брата Ослябю и житие Сергия Радонежского. А это уж просто поразительно — неужели благословение на бой с погаными ордынцами двух братьев из обители — настолько уж проходная, ничего не стоящая деталь?! Как Сергий копал огород — важно, а как послал на бой за Отечество и веру двух парней из монастыря — ерунда? Ведь, согласно более поздним, через сто лет после битвы записанным преданиям, Сергий возложил братьям — иногда их именуют послушниками — схимы…

Современному человеку трудно понять, что тут такого уж, из ряда вон выходящего. Однако необычное, мягко говоря, в этой ситуации есть. Церковь часто именуется воинством Христовым, и, как во всякой армии, есть в ней своя жесткая субординация. Схимник — иначе говоря, схимонах — одно из высших званий в этой армии. Сперва человек становится послушником — года так на три, потом его постригают, делают рясофором — еще не монахом! — потом идет просто монах, потом — иеромонах, а вот уж потом… Прочувствовали? Поверить, будто обычному монаху — не говоря про послушника — надели схиму, все равно, что поверить в то, что лейтенанта за какой-то подвиг произвели в генерал-лейтенанты. Такие превращения бывают разве что во снах кадета Биглера из «Бравого солдата Швейка». Или вот еще — по законам православной церкви, ни священник, ни, тем более, монах не имеют права ни при каких обстоятельствах брать в руки оружие и принимать участие в боевых действиях. Бывали в истории России полковые батюшки, с крестом в руках шедшие рядом с солдатами на вражеские редуты — за что им, конечно, честь и хвала — но даже там, в гуще боя, никто из них не брался за оружие; не было у православных воинствующего монашества католиков, всех этих тамплиеров, госпитальеров, иоаннитов и прочих меченосцев. То есть православный монах, получающий схиму и участвующий в бою с оружием в руках — это такое диво, такая двойная невидальщина, что ему бы самое место на страницах летописей и житий, рядом с хвостатыми звездами, землетрясениями, говорящими конями и тому подобными редкостями. Однако — молчание!

Из современных Куликовской битве памятников Пересвета упоминает одна «Задонщина», зато она совершенно молчит о Сергии и его благословении. Пересвет в ней «злаченым доспехом посвечивает». Вот и все сказки про рясу или схиму! При всем нашем уважении к знаменитому художнику Виктору Васнецову, он был не прав, изображая Пересвета в схиме. Правы были советский художник Авилов и язычник Константин Васильев, изобразившие Пересвета в доспехах русского богатыря.

В самых же ранних редакциях «Задонщины» Пересвета и чернецом-то вовсе не именуют. «Хоробрый Пересвет поскакивает на своем вещем сивце, свистом поля перегороди». Хорош смиренный инок? Дальше — пуще: «а ркучи таково слово: «Лутчи бы есмя сами на свои мечи наверглися, нежели от поганых полоненным»». Картина маслом кисти Репина, «Приплыли» называется.

Православный монах проповедует самоубийство с помощью собственного меча, как предпочтительное плену. Да ведь это — нормальная этика русского воина-язычника времен Игоря или Святослава! О русах, кидающихся на собственные клинки, лишь бы не попасть в плен к врагу, пишут грек Лев Диакон и араб ибн Мискавейх.

Да был ли он монахом-то — закрадывается нехорошее подозрение. Если и был — то определенно не Троицкого монастыря Сергия Радонежского, потому что в синодике — поминальном перечне — Троицкой обители имя Александра Пересвета отсутствует (как, впрочем, и его брата — Родиона Осляби). Захоронены оба героя в Старо-Симоновском монастыре — вещь также совершенно невероятная, если бы они были монахами другой обители. Да как бы Троицкая обитель допустила бы, чтоб столь знаменитые и выдающиеся ее братья покоились в «чужой» земле?

Между прочим, оба брата были на момент битвы отнюдь не пухлогубыми безусыми богатырями из «Лебедей Непрядвы», а людьми более чем взрослыми. У младшего, Осляби, был взрослый сын, погибший на поле Куликовом. Род старшего, Пересвета, так же не прервался — в XVI веке на Руси появляется его дальний потомок, литовский выходец Иван Пересветов.

Но стоп! Отчего же литовский выходец? Да оттого, что братья называются во всех источниках «боярами брянскими» или «любучанами» — выходцами из расположенного неподалеку от Брянска городка Любутска на Оке. А во времена Куликова поля это были земли Великого княжества Литовского и Русского. И на поле Куликовом брянские бояре могли оказаться лишь под знаменами своего сюзерена литвина князя Дмитрия Ольгердовича Брянского, пришедшего на службу князю Московскому зимой 1379-1380 годов.

Когда ж Пересвет с Ослябею успели в монахи-то постричься? Да еще в монастыре, расположенном на московских землях? Да еще успеть за полгода пройти послух — как мы помним, трехлетний — и «дослужиться» до схимников?

Быль про «инока» Пересвета. Или как церковь к русскому подвигу примазалась

Вопросы, вопросы, вопросы… и ни на один нет ответа. Точнее есть — один на все разом. В год Куликовской битвы ни Пересвет, ни Ослябя монахами не были. Ни Троицкого монастыря, ни какого-нибудь другого — ибо монах от всех мирских обязанностей освобождается, и, прими братья постриг на литовской земле, им незачем было следовать за своим — уже бывшим — сюзереном в Московское княжество.

Между прочим, сам Дмитрий Ольгердович был крещен-то уже в зрелом возрасте. В душах его бояр, суда по «святотатственной» реплике Пересвета, христианство также не успело пустить корней. Как и в душе еще одного литовского выходца, воеводы Дмитрия Боброка, перед битвою ни много, ни мало — ворожащего своему тезке, великому князю Московскому, еще не прозванному Донским, о победе по волчьему вою, заре и «голосу земли». По свидетельству Гальковского, еще в начале ХХ века русские крестьяне — кстати, из западно-русских, «литовских» во времена Пересвета Смоленских краев — вот так, на восходе солнца, кланялись земле, кланялись тайно и сняв предварительно крест. Тайну Дмитрий Иванович соблюл; любопытно, снимал ли он крест?

Ослябя, оставшийся в живых в Куликовской сече, позднее служил в боярах у еще одного литовского выходца — митрополита Киприана, под старость же и впрямь постригся в монахи. Так, надо думать, и появился в источниках «чернец Родион Ослябя», ну а уж коли в «Задонщине» (первые списки которой ни словом не намекают на монашество брянских бояр) он называет Пересвета братом, то монахи-летописцы и сделали «логический» вывод, задним числом вписав в свои ряды обоих героев Куликова поля. И произошло это, судя по летописям и спискам «Задонщины» не ранее конца XV века, когда иго было уже окончательно свергнуто и провалилась последняя попытка реставрировать его (хан Ахмат в 1480 году). Тогда же возникло и «Сказание о Мамаевом побоище», перекроившее чуть не всю историю Куликовской Битвы «на злобу дня», и упоминания о небывалом походе на Куликово поле Ягайлы (в «Сказании…» вообще почившего за несколько лет до сечи на Непрядве Ольгерда), невесть отчего повернувшего с полдороги. Позвольте посмеяться над распространенными объяснениями, что свирепый воин и полководец «испугался» остатков московского войска, только что перенесшего страшное сражение. Это-то объясняется хорошо — соперничество Москвы с Литвой в собирании Русских земель было в разгаре, Литва — точнее, уже Речь Посполитая — стала католической и начала, на свою, в конечном счете, голову, притеснять православных — короче, про Литву просто требовалось сказать какую-нибудь гадость. Хотя бы просто чтоб «замазать» активнейшее участие Андрея и Дмитрия Ольгердовичей с их подданными — Боброком, Пересветом, Ослябей — в великой победе над Ордой.

Но понятно и желание церкви прибрать к рукам имена героев Куликова поля. Церкви тоже хотелось кое-что «замазать» — только не чужие подвиги, а собственное… м-да, тут как-то никаких цензурных определений на язык не подворачивается… ну, скажем, собственное поведение во времена ига. Ярлыки, которыми награждали митрополитов ханы Менгу-Темир, Узбек, Джанибек и их потомки, говорят сами за себя. Под угрозой мучительной смерти запрещалось не только причинять какой-либо вред «церковным богомольцам» или посягать на их имущество — даже словесно оскорблять православную веру! Против кого направлены были эти указы — ясно: до XIII века на Руси действовали капища Древних Богов, до XIII века в русских городах совершались языческие обряды. Но лучше всего — мотивация этих суровых запретов в ханских ярлыках: «зане они за нас и за весь род наш бога молят и воинство наше укрепляют».

Что тут сказать… не говорить хочется — кричать! Особенно хорошо читать это после того, как почитаешь душераздирающее «О разорении Рязанской земли Батыем», да вдобавок — описания раскопок сожженных Ордой городов с детскими скелетиками в печах и распятыми останками изнасилованных и убитых женщин, после того, как ознакомишься с сухой археологической статистикой — 75% городов и сел северо-восточной Руси не пережили XIII века, были уничтожены полностью — это при том, что в уцелевших шла резня, выживали единицы… с описаниями рабских рынков на черноморском берегу того времени, набитыми золотоволосым, синеглазым живым товаром из Руси…

Это они за них молили своего бога! Это их воинство они укрепляли! И действительно укрепляли — когда тверичи восстали против ордынского ига и убили сборщика податей Чолхана (Щелкана Дудентьевича из былины, который «у кого коня нет — дитя возьмет, у кого дитя нет — жену возьмет, у кого жены нет — самого возьмет»… церковники, кстати, дани не платили вообще), когда московский князь Калита вместе с ордынцами разгромил и сжег Тверь, а тверской князь Александр сбежал в вольный Псков, до которого не дотягивались длинные лапы Орды, митрополит Феогност под угрозой отлучения заставил псковичей выдать защитника русских людей на казнь татарам.

Вы не поверите, читатели, но еще в XV веке церковники нисколько не скрывали этого союза с Ордой. Они им хвалились, писали посягнувшему на церковные земли Ивану III: «мнози и от неверных и нечестивых царей…зело по святых церквах побораху, не токмо в своих странах, но и в Руссийском вашем царствии, и ярлыки давали». Не знаешь, на что пуще умиляться — на это дивное — «вашем Руссийском царствии» (прямо таки нынешняя «эта страна») — или на саму беспредельную наглость, защищающую нажитое при оккупации добро в едва освободившейся стране ссылками на законы оккупантов.

Однако вскоре Русь окончательно поставила Орду на место на Угре, и церковники — тут же, «и мужниных еще сапог не износивши» — кинулись примазываться к победе над Ордой. Так посмертно «постригли» в троицкие монахи полуязычников из дремучих брянских лесов, братьев-бояр Ослябю и Пересвета.

Исторический же Александр Пересвет никогда не был монахом, обитель Сергия разве что мимо проезжал. Я знаю, что эта статья мало что изменит — как были, так и останутся бесчисленные картинки с Пересветом, вопреки всякому здравому смыслу, скачущему на врага в долгополой сутане, как звучали, так и будут звучать экстатические завывания штильмарков и уткиных про «подвиг схимника Пересвета, благословленного на бой святым Сергием». Вот и на обложке журнала «Родина», №7 за 2004 год опять Пересвет в нимбе, схиме и лаптях(!) атакует закованного вместе с конем в броню Челубея. Что ж, вольному — воля, вольному — правда, а «спасенным» — их рай, их краденые герои и ворованные подвиги. Каждому свое. Я писал не для них…

 

СЛАВА ПРАВДЕ!
СЛАВА РУССКИМ ВОИТЕЛЯМ, ПЕРЕСВЕТУ ХОРОБРОМУ И БРАТУ ЕГО ОСЛЯБЕ
— ГЕРОЯМ КУЛИКОВСКОЙ БИТВЫ!
ПОЗОР НАСЛЕДНИКАМ ПРЕДАТЕЛЕЙ И ВОРОВ!

 
Автор Л.Р.Прозоров


Комментарии: 5 комментариев

  • благодарю . очерк событий давно минувших и незаслуженно перекрученых дней нашей РУССКОЙ героической истории…. мне понравилось… написано смело и грамотно….

  • Полуправда…

  • Стоп-стоп, как это русские монахи не брали меч в руки? А осада Троице-Сергиевой лавры от поляков во время Смуты, когда каждый защитник был на счету?..

  • Что-то не совсем понятно из этой статьи, кто кого в плен уводил и кто с кем воевал. Меньше эмоций, больше конкретики.

  • Что общего между русами, славянами, татарами,саками,хазарами,скифами? Это не национальности. а названия жителей огромного единого экономического пространства от Днестра до Тихого океана. В зависимости от месторасположения финансово-политического центра менялось (или восстанавливалось) название страны, а с ним вчерашние русы превращались в татар (для внешнего мира), а потом становились снова русскими. Если учесть. что во времена Киевской Руси, русы были древним легендарным племенем основавшие ранее Русолань, то во времена Ивана Грозного «бренд» русский был использован уже в третий раз. Яркий пример казаки. Дословно кас-саки. Кас- белый (каспий-белая вода). Самоназвание саков-ясы. Черкассы-Чер-столица,центр, кас-белый,ясы-саки. Дословно столица белых саков. А кто такие саки? Для греков это население скифы, а для восточных народов саки. Алания до татар находилась до Великой Тартарии на территории Северного Кавказа. Не трудно догадаться что означает РУСОЛАНЬ. Не трудно понять почему Московию называли русскими татарами, а казаков причисляли к русским. Аналогично казахи. Они так же стали в свое время жителями белой сакии,- т.е кас-саками. Осталось только изменить в слове звук в соответствии с особенностями местного диалекта.
    Куликовское сражение типичная война элиты. Дмитрий Донской выиграл право на кормление (на владение) торговли по Донскому пути и в соответствии с традицией стал именоваться «донским». Александр невский стал «невским» так как получил на кормление г. Нева возле озера Нева (старое название известной Ладоги и Ладожского озера). Кто за кого? А вот по поводу веры…При Татарах на огромном пространстве возникло огромное количество монастырей. На дела духовные ,как известно, во времена татар платилась десятина от полученного имущества. Те же монастыри часто являлись для многих воинов пристанищем после окончания карьеры. Вот и думайте, кем мог быть Пересвет. Времена были другие, и вера скорее всего была арианского толку. Поднимитесь вверх! Посмотрите сверху! Прочтите Анатолия Клесова. Генетика наука точная! История писалась всегда по заказу. Пример Украина.

Оставить комментарий

Представьтесь, пожалуйста